Стихи Марии Петровых
Какой обильный снегопад в апреле, Как трудно землю покидать зиме! И вновь зима справляет новоселье, И
Ни ахматовской кротости, Ни цветаевской ярости — Поначалу от робости, А позднее от старости.
Я здесь любила все как есть, Не рассказать, не перечесть — Весну любила за весну, А зимушку за белизну
Кате Да, все реже и уже с трудом Я припоминаю старый дом И шиповником заросший сад — Сон, что снился
Повеял летний ветерок; Не дуновенье — легкий вздох, Блаженный вздох отдохновенья. Вздохнул и лег вдали
О сердце человечье, ты все в кровоподтеках, Не мучься, не терзайся, отдохни! Ты свыкнешься с увечьем
«Смерть…» — рассыпающийся звук. Иль дроби молоточка вроде? Не все ль равно: смешно. И вдруг Лицом к лицу
Но в сердце твоем я была ведь?- Была: Блаженный избыток, бесценный излишек… — И ты меня вытоптал, вытравил, выжег?
Когда слагать стихи таланта нет,— Не чувствуя ни радости, ни боли, Хоть рифмами побаловаться, что ли
О, какие мне снились моря! Шелестели полынью предгория… Полно, друг. Ты об этом зря, Это все реквизит
Дни мелькают — чет и нечет, Жизнь осталась позади. Что же сердце рвет и мечет, Задыхается в груди?
Если художник неподкупный — Так распишет, что ой-ой. Он любой душе преступной Воздавать привык с лихвой.
Меня оброс дремучий воздух, С душой смешался, втек в зрачки, В запекшихся на сердце звездах Мерцают мерные толчки.
Оглянусь — окаменею. Жизнь осталась позади. Ночь длиннее, день темнее. То ли будет, погоди.
Когда на небо синее Глаза поднять невмочь, Тебе в ответ, уныние, Возникнет слово: дочь. О, чудо светлолицее
Когда я буду, умирая, Вцепляться пальцами в постель, Верни меня в предгорье рая, Скажи мне тихо: Коктебель.
1 Поутру нынешней весной, С окна отдернув занавески, Я ахнула: передо мной Толпятся в двухсотлетнем блеске
Одна на свете благодать — Отдать себя, забыть, отдать И уничтожиться бесследно. Один на свете путь победный
Когда я ошибкой перо окуну, Минуя чернильницу, рядом, в луну,- В ползучее озеро черных ночей, В заросший
— Черный ворон, черный вран, Был ты вором иль не крал? — Крал, крал. Я белее был, чем снег, Я украл ваш