Стихи Уильяма Блейка
В ярость друг меня привел — Гнев излил я, гнев прошел. Враг обиду мне нанес — Я молчал, но гнев мой рос.
Прекрасная Мэри впервые пришла На праздник меж первых красавиц села. Нашла она много друзей и подруг
Я слышу зов, неслышный вам, Гласящий: — В путь иди! — Я вижу перст, невидный вам, Горящий впереди.
На перси Хлои бросил взор крылатый мальчуган, Но, встретив Зою, он глядит украдкой на карман.
К восставшей Франции мошенники Европы, Как звери, отнеслись, а после — как холопы.
Меж листьев зеленых Ранней весной Пел свою песню Цветик лесной: — Как сладко я спал В темноте, в тишине
Сон узор сплетает свой У меня над головой. Вижу: в травах меж сетей Заблудился муравей. Грустен, робок
Ты мне нанес, как друг, удар коварный сзади, Ах, будь моим врагом, хоть дружбы ради!
Коль ты незрелым мигом овладел, Раскаянье да будет твой удел. А если ты упустишь миг крылатый, Ты не
Ринтра ревет, потрясая огнями В обремененном воздухе. Тучи голодные носятся низко Над бездной.
Разве ближних вам не жаль, Если их гнетет печаль? Зная ближнего мученья, Кто не ищет облегченья?
Отголоски игры долетают с горы, Оглашают темнеющий луг. После трудного дня нет забот у меня.
Внемлите песне, короли! Когда норвежец Гвин Народов северной земли Был грозный властелин, В его владеньях
Чем этот день весенний свят, Когда цветущая страна Худых, оборванных ребят, Живущих впроголодь, полна?
Кто удержит радость силою, Жизнь погубит легкокрылую. На лету целуй ее — Утро вечности твое!
Врагов прощает он, но в том беда, Что не прощал он друга никогда.
Черный маленький мальчик на белом снегу. «Чистить трубы кому?» — он кричит на бегу. — Где отец твой и мать?
По городу проходят ребята по два в ряд, В зеленый, красный, голубой одетые наряд. Седые дядьки впереди.
Разрушьте своды церкви мрачной И катафалк постели брачной И смойте кровь убитых братьев — И будет снято
Всю жизнь любовью пламенной сгорая, Мечтал я в ад попасть, чтоб отдохнуть от рая.
Но вольным улицам брожу, У вольной издавна реки. На всех я лицах нахожу Печать бессилья и тоски.
Словом высказать нельзя Всю любовь к любимой. Ветер движется, скользя, Тихий и незримый. Я сказал, я
Ах, маменька, в церкви и холод и мрак. Куда веселей придорожный кабак. К тому же ты знаешь повадку мою
Расскажите-ка мне, что вы видите, дети? — Дурака, что попался религии в сети.
Был я крошкой, когда умерла моя мать. И отец меня продал, едва лепетать Стал мой детский язык.
В час, когда листва шелестит, смеясь, И смеется ключ, меж камней змеясь, И смеемся, даль взбудоражив
Есть улыбка любви И улыбка обмана и лести. А есть улыбка улыбок, Где обе встречаются вместе.
Была в орехе фея у крошки Мэри Бэлл, А у верзилы Джона в печенках черт сидел. Любил малютку Мэри верзила
Маленький мальчик, устало бредущий Вслед за болотным огнем, Звать перестал. Но отец вездесущий Был неотлучно при нем.
На вольной воле я блуждал И юной девой взят был к плен. Она ввела меня в чертог Из четырех хрустальных стен.
Зимою увидел я снежную гладь, И снег попросил я со мной поиграть. Играя, растаял в руках моих снег… И
Дул я в звонкую свирель. Вдруг на тучке в вышине Я увидел колыбель, И дитя сказало мне: — Милый путник, не спеши.
Меч — о смерти в ратном поле, Серп о жизни говорил, Но своей жестокой воле Меч серпа не покорил.
Солнце взошло, И в мире светло. Чист небосвод. Звон с вышины Славит приход Новой весны. В чаще лесной
Мой ангел, наклонясь над колыбелью, Сказал: «Живи на свете, существо, Исполненное радости, веселья, Но
Три отрывка из поэмы I На этот горный склон крутой Ступала ль ангела нога? И знал ли агнец наш святой
Была бы жалость на земле едва ли, Не доводи мы ближних до сумы. И милосердья люди бы не знали, Будь и
Тигр, о тигр, светло горящий В глубине полночной чащи, Кем задуман огневой Соразмерный образ твой?
«Нельзя любить и уважать Других, как собственное я, Или чужую, мысль признать Гораздо большей, чем своя.
Бедняжка-муха, Твой летний рай Смахнул рукою Я невзначай. Я — тоже муха: Мой краток век. А чем ты, муха
Мне жизнь в пустыне мать моя дала, И черен я — одна душа бела. Английский мальчик светел, словно день
Только снег разоденет Сусанну в меха И повиснет алмаз на носу пастуха, Дорога мне скамья пред большим
Люблю я летний час рассвета. Щебечут птицы в тишине. Трубит в рожок охотник где-то. И с жаворонком в
В будущем далеком Вижу зорким оком, Как от сна воспрянет Вся земля — и станет Кротко звать творца, Как
Заходит солнце, и звезда Сияет в вышине. Не слышно песен из гнезда. Пора уснуть и мне. Луна цветком чудесным
— Что оратору нужно? Хороший язык? — Нет, — ответил оратор. — Хороший парик! — А еще? — Не смутился почтенный
Есть шип у розы для врага, А у барашка есть рога. Но чистая лилия так безоружна, И, кроме любви, ничего
От дьявола и от царей земных Мы получаем знатность и богатство. И небеса благодарить за них, По моему
Перед часовней, у ворот, Куда никто войти не мог, В тоске, в мольбе стоял народ, Роняя слезы на порог.
Как завиден удел твой, пастух. Ты встаешь, когда солнце встает, Гонишь кроткое стадо на луг, И свирель