Стихи Пьер-Жана Беранже
Злосчастный пономарь! Нет хуже ремесла! Обедня поздняя — вот адское мученье! Моя кума Жаннетт давно мне
Лизок мой, Лизок! Ты слишком самовластна; Мне больно, мой дружок, Вина просить напрасно. Чтоб мне, в
В надутом чванстве жизни чинной Находят многие смешным Обычай чокаться старинный; Что свято нам — забавно им!
Вы — факельщик, и ни к чему Мне ваши вздохи, взгляды… Я все равно их не пойму, Я им совсем не рада.
Песня в сопровождении жестов Мужья тиранили меня, Но с третьим сладить я сумела: Смешна мне Жана воркотня
К женщине, олицетворявшей Свободу на одном из празднеств Революции Тебя ль я видел в блеске красоты
Всем пасынкам природы Когда прожить бы так, Как жил в былые годы Бедняга-весельчак. Всю жизнь прожить
Некогда, милые дети, Фея Урганда жила, Маленькой палочкой в свете Делав большие дела. Только махнет ею
Ключи от райских врат вчера Пропали чудом у Петра (Все объяснить — не так уж просто). Марго, проворна
Хилой и некрасивый Я в этот мир попал. Затерт в толпе шумливой, Затем что ростом мал. Я полон был тревогой
Рабы тщеславия и моды, Не вам кичиться предо мной: Я независим; дар свободы Мне бедность принесла с собой.
В Париже, нищетой и роскошью богатом, Жил некогда портной, мой бедный старый дед; У деда в тысячу семьсот
Да, песня, верно: чуждый лести, Я заявлял, скорбя, Что ниспровергли с Карлом вместе С престола и тебя.
В ногу, ребята, идите. Полно, не вешать ружья! Трубка со мной… проводите В отпуск бессрочный меня.
Тебе, о Франция, развесистое древо, Я пел двенадцать лет: «Плоды свои лелей И вечно в мир кидай щедроты
Шар наш земной — да что же он такое? То — просто старый мчащийся вагон. Хоть астрономы говорят: «Пустое!
Приказ, солдаты, вам… Победа явно Становится бесславна. Приказ, солдаты, вам: — Кру-гом! И по домам!
Оловянных солдатиков строем По шнурочку равняемся мы. Чуть из ряда выходят умы: «Смерть безумцам!
Цветов весенних ты даришь немало, Народа дочь, певцу народных прав. Ему ты это с детской задолжала, Где
Конец стихам, как ни кипит желанье! Старинной силы в рифмах нет моих. Теперь мне школьник страшен в состязанье
Я не могу быть равнодушен Ко славе родины моей. Теперь покой ее нарушен, Враги хозяйничают в ней. Я их кляну;
Как, Лизетта, ты — В тканях, шелком шитых? Жемчуг и цветы В локонах завитых? Нет, нет, нет!
Я выполнил священный долг пророка, О будущем я бога вопросил. Чтоб покарать земных владык жестоко, Залить
Кто не видывал Резвушки? Есть ли девушка славней? И красотки, и дурнушки Спасовали перед ней.
Рядом с дочкой, страданья свои забывая, Удалившись от ратных трудов на покой, Он сидит, колыбель с близнецами
Лебрен, меня ты искушаешь! Ведь я всего — простой певец, А ты в письме мне предлагаешь Академический венец!
«Проживешься, смотри!» — старый дядя Повторять мне готов целый век. Как смеюсь я на дядюшку глядя!
— Неужто звездочки, пастух, Над нашими судьбами На небе смотрят? — Да, мой друг! Невидимая нами Звезда
Хотя их шляпы безобразны, God damn! люблю я англичан. Как мил их нрав! Какой прекрасный Им вкус во всех
Что мне модницы-кокетки, Повторенье знатных дам? Я за всех одной лоретки, Я Жаннетты не отдам!
Дочь Ах! Какие лошади! Экипаж какой! И какая дама в нем — посмотри, мамаша, — Уж такой красавицы в мире
Нет, нет, друзья! Мне почестей не надо, Другим бросайте деньги и чины. Я — бедный чиж — люблю лишь зелень
Снег валит. Тучами заволокло все небо. Спешит народ из церкви по домам. А там, на паперти, в лохмотьях
О Франция, мой час настал: я умираю! Возлюбленная мать, прощай: покину свет, — Но имя я твое последним повторяю.
Не дорожа своей весною, Вы мне дарите свой расцвет; Дитя мое, ведь надо мною Лежат, как туча, сорок лет.
Мудрецом слыву в селенье Я, старик, скрипач простой, Потому что от рожденья Не пивал вина с водой.
О дамы! Что вам честь Лизетты? Вы насмехаетесь над ней. Она — гризетка, да… Но это В любви всех титулов знатней!
Я стар и хил; здесь у дороги, Во рву придется умереть. Пусть скажут: «Пьян, не держат ноги».
Как память детских дней отрадна в заточенье! Я помню этот клич, во всех устах один: «В Бастилью, граждане!
Всяких званий господа, Эмиссары И корсары — К деньгам жадная орда — Все сюда, Сюда! Сюда! Мы все поклонники Ваала.
Зачем меня в тоске напрасной Вы упрекаете опять? Ужели к Франции прекрасной Теперь вы стали ревновать?
Жил да был один король, — Где, когда — нам неизвестно (Догадаться сам изволь). Спал без славы он чудесно
Друзья, опять неделя смеха длится — Я с вами столько лет ее встречал! Грохочет шутовская колесница, Глупцов
Соблазнами большого света Не увлекаться нету сил! Откушать, в качестве поэта, Меня вельможа пригласил.
Я хоть клятву дать готов, — Да, молодки, Да, красотки, — Я хоть клятву дать готов: Нет счастливей каплунов!
Видел я Мир, снизошедший на землю… Золото нес он, колосья, цветы. Пушки умолкли… Все тихо… Я внемлю Голосу
Вам письмо, при всем желанье, Сочинить не в силах я: В слишком вольном толкованье Понимает все судья
И вот я здесь, где приходилось туго, Где нищета стучалась мне в окно. Я снова юн, со мной моя подруга
Богачей не без злорадства Все бранят и поделом! Но — без чванства и богатство Нам годится кое в чем!
Король! Пошли господь вам счастья, Хотя по милости судьи — И гнева вашего отчасти — В цепях влачу я дни